|
|
Он поднял кружку.
Товарищи, выпьем за винтовочку! - За винтовочку? - переспросил Толстунов.
Ага, - подтвердил Заев.
За ту самую... Желая пояснить свой тост, он вдруг взмахнул кулаком и мрачно пропел, или, вернее, проговорил нараспев, речитативом: Иного нет у нас пути В руках у нас вин-тов-ка! Это были слова знакомой всем нам песни, будто всплывшей из времен нашего детства, из первых годов революции.
Тост понравился.
Мы выпили.
Наскоро прожевав кусок колбасы, с сожалением глянув в сторону кухни, где доспевал плов.
Толстунов выбрался из-за стола и, проговорил: "Извини, комбат.
Я пошел.
А то влетит от комиссара", покинул комнату.
Всем было налито еще по полстакана.
Нашлась кружка и для Синченко.
Я поднялся, намереваясь произнести здравицу, но неожиданно дежурный телефонист тронул меня за плечо: - Товарищ комбат, вас к телефону.
Штаб дивизии.
Я взял трубку.
За столом смолкли.
Слушаю, - проговорил я.
Момыш-Улы? - Я.
Говорит Дорфман.
Передаю приказание командира дивизии: поднять батальон по тревоге и немедленно выступать в район штаба дивизии.
| Подробнее=>> |
|
